Повесть о настоящем человеке

«Повесть о настоящем человеке» — советский художественный фильм режиссёра Александра Столпера, снятый по одноимённой книге Бориса Полевого.

 

За участие в фильме ряд актёров фильма и оператор-постановщик были удостоены Сталинской премии в 1949 году.

 

Сюжет

 

Экранизация популярной в послевоенные годы повести Бориса Полевого о советском лётчике Алексее Маресьеве (в фильме Мересьев), потерявшем в бою с немцами обе ноги, но не потерявшем силы, волю, ум и чувства для того, чтобы вернуться в строй и снова взяться за штурвал самолёта.

 

В ролях

 

Павел Кадочников — Алексей Мересьев

Николай Охлопков — комиссар Воробьёв

Алексей Дикий — Василий Васильевич

Василий Меркурьев — Степан Иванович, старшина

Тамара Макарова — Клавдия Михайловна

Людмила Целиковская — Зиночка

Лев Свердлин — Наумов

Чеслав Сушкевич — Кукушкин

Виктор Хохряков — Дегтяренко

Александр Михайлов — Петров

Борис Добронравов — председатель комиссии

Борис Бабочкин — командир полка

Любовь Соколова — колхозница Варвара

Владимир Грибков — Зуев

Александр Зражевский — дед Михайла, старик-партизан (нет в титрах)

Мария Яроцкая — нянечка (нет в титрах)

Сергей Бондарчук — Гвоздев (нет в титрах)

Иван Рыжов — больной в санатории (нет в титрах)

Евгений Шутов — баянист (нет в титрах)

Пётр Савин — водитель грузовика (нет в титрах)

Михаил Глузский — капитан Числов (нет в титрах)

Алексей Алексеев — врач (нет в титрах)

ручная медведица Марьям — свирепый медведь в лесу

 

Съёмочная группа

 

Режиссёр: Александр Столпер

Оператор: Марк Магидсон

Композитор: Николай Крюков

Художник-постановщик: Иосиф Шпинель

Директор картины Николай Слиозберг

 

Из воспоминаний актеров о фильме

 

из дневниковых записей Павла Петровича Кадочникова:

 

…Какой же Алексей Петрович? Впервые я с ним встретился под Звенигородом, где мы должны были снимать зимнюю натуру. Там мы квартировали в доме отдыха Академии наук. Маресьев шел по длинному коридору чуть покачивающейся походкой. Мы узнали друг друга издали. Я подошел к нему, крепче пожал руку и вдруг понял, что сильно волнуюсь. Он еще крепче пожал мою руку и почему-то сильно смутился. Позже я записал в дневник: «Прославленный летчик, Герой Советского Союза, человек, о подвиге которого знает чуть ли не весь мир, застенчив». Мы вошли в мою комнату, молча сели, не очень смело поглядывая друг на друга. Наконец Алексей, первым преодолев смущение, заговорил: «Я ведь знаю, что вас интересует больше всего». Я был удивлен, потому что не успел сказать ему и двух слов. «Вас интересует, очевидно, больше всего, как мне удалось преодолеть…» Он сделал паузу, а я в это время подумал: "Сейчас скажет: «район черного леса», а он сказал «…преодолеть врачебную комиссию, и доказать, что я физически здоровый человек». И вдруг неожиданно для меня Алексей Петрович мягко и свободно встал на стул и продолжал: «Я ему говорю…» «Кому?» — переспросил я. «А председателю комиссии, разве это не ноги? Разве не тренировка?» — И звонко похлопав по протезам, Маресьев спрыгнул со стула. Так в кинокартине родилась сцена «приёмная комиссия». Её никто не выдумал, она настоящая.